 |
|
 |
 |
 | |||||||
|
Кем для нас в юности был Андрей Вознесенский? Кумиром? Да, безусловно, но этого - мало! Газета "Южная правда", 3 августа 2002 г., Екатерина Голубкова Он был, как глоток озона в зачумленном и загазованном быту, как счастливый билетик в нездешний мир потрясающих чувств, впечатлений и образов, как дружеское прикосновение теплой руки: ты не один в этом мире, есть у тебя друзья по духу, и значит, нельзя сдаваться, нужно выстоять, и сколько бы лжи и клеветы ни обрушили на тебя - сохрани "свою душу живу" и оставайся человеком. О благословенная оттепель шестидесятых! Мы успели глотнуть твоего чистого, светлого, отрезвляющего воздуха, и уже никакие застои и "закручивание гаек" не могли с нами ничего сделать - мы сформировались, как внутренне свободные личности. Увы! Мы не были диссидентами в прямом смысле этого слова - не создавали подпольных организаций, ничего не предпринимали для свержения существующего строя (разве что не принимали его, как единственно возможный для счастья человека), мы не писали воззваний и прокламаций, но ведь не всем дано быть героями! Мы знали имена наших великих подвижников, разделяли их политические убеждения, но оставались в "тылу", искренне веря, что если дело дойдет до серьезного переворота, то уж мы-то точно вольемся в их ряды. А пока мы были как бы внутренними эмигрантами, носителями "кухонного свободомыслия", благодарными поглотителями не столь частого "самиздата", прекрасно осознающими, в какой стране мы живем и стремящиеся среди фальши и оболванива-ния, по возможности, жить по совести и не кривить душой. Как и по всему необъятному Союзу, у нас, в Николаеве, был свой круг людей, близких по духу и мировоззрению, и пропуском в этот круг (как, наверное, и везде!) были песни Булата Окуджавы, проза Василия Аксенова и стихи Андрея Вознесенского. Если ты все это знаешь и любишь - значит, ты наш, и с тобой можно, не боясь, говорить о чем угодно. ...Первая книга Вознесенского, дошедшая до нас, была, на самом деле, его третьей книгой - "40 отступлений из поэмы "Треугольная груша". Каким дерзким и ошеломляющем вызовом она была на унылом фоне благополучного поэтического славословия! Во всем - начиная от нестандартного оформления до столь же нестандартного содержания. Нервный, ломающийся, завораживающий ритм, необычная - сквозная -рифмовка, искрометное соединение в единый сплав "физики" и "лирики" - двух китов тогдашних бесконечных споров... Синхрофазотроны, неоновые аэропорты, шасси, реторты, радиоприемники, антимиры и другие атрибуты набирающей обороты технической цивилизации жили в этих стихах так же органично и естественно, как ночные бары Америки или таежный рыбак Боков. А чего стоил озорной "Пожар в Архитектурном"! А потом были новые книги, новые потрясения и открытия. Была почти сюрреалистическая "Оза", были "Мастера" и многое другое. Были щемящие "Ты меня на рассвете разбудишь..." или "Пошли мне Господь второго..." и афористичное "Какое время на дворе - таков мессия"... Было много всего - и все было щедро, через край, "во весь голос", все было ярко, талантливо и все было сказано так, что иначе сказать просто не представлялось возможным. В его строчках пульсировала современность во всех своих ипостасях - от величественных вершин духа до низости, подлости и воинствующего мещанства. Его рисковость и раскованность стоили друг друга! Его стихи раскрывали нам глаза на мир и на нас самих, раздвигали поэтические, географические и духовные горизонты, пронзали навылет, вызывая потрясение, восторг и еще Бог знает какую бурю эмоций. Он шаманил, он колдовал, он повелевал нами! Были, конечно, и другие кумиры - тот же Окуджава (а потом - Галич), Евтушенко, Рождественский, Ахмадулина, собирающие в столицах стадионы, а в провинции - зачитанные до дыр и с наслаждением заученные наизусть. Были в нашей юности и просто замечательные поэты - Слуцкий, Межиров, Самойлов, Левитанский, да разве всех перечтешь... По злой иронии нашей судьбы гораздо позже к нам пришли в полном объеме великие Пастернак и Ахматова, Цветаева и Мандельштам, да и многие другие великие тоже. Но Вознесенский для нас тогда - всегда был первым, самым ярким, самым дерзким и самым ищущим из всех современных поэтов. Надо признать, что при всех издержках тоталитаризма, у нас была все-таки замечательная юность (а впрочем, может ли юность не быть замечательной?). Но наши кумиры, пробиваясь сквозь рогатки цензуры и повального запретительства, учили нас читать между строк и понимать все намеки и аллюзии с полуслова. Они давали нам тот, по выражению Окуджавы, "глоток свободы", без которого мы бы, без сомнения, задохнулись в затхлой атмосфере совкового бытия. Все это было у нас в юности - настоящее, подлинное, многогранное, то, что воспитывало наши вкусы, наши отношения и взгляды на мир, все это сохранилось в нас и сейчас, да и останется с нами уже навсегда. Дай Бог, чтобы нашим потомкам повезло с Поэтами так же, как нам! Спасибо Вам за все, Андрей Андреевич! |
| |||||
| |||||||
© 2002 Дизайн Андрей Сушко