Наряду с легкими и броненосными крейсерами типов "Светлана" и "Измаил" судостроительная программа 1912 г. предусматривала и постройку крейсеров так называемого малого типа. По планам Морского генерального штаба (МГШ) им предстояло решить три главные задачи: в связи с выбором турбин в качестве главных механизмов служить учебными кораблями для подготовки машинистов - турбинистов; заменить на Дальнем Востоке безнадежно устаревшие крейсеры "Аскольд" и "Жемчуг" и выполнять там роль быстроходных заградителей для активных минных постановок. Первую задачу МГШ считал превалирующей, так как ситуация складывалась весьма неблаго-приятно: ряд кораблей с турбинными двигателями уже строился, проекты других или прошли утверждение, или готовились к нему, а вот к разработке чертежей малых крейсеров только приступили. Стремясь ускорить их постройку, МГШ предложил приобрести уже готовый итальянский проект фирмы "Ансальдо", строившей для своего флота легкие крейсеры типа "Марсала", сделав в нем некоторые изменения.В конце мая 1912 г. тактико-технические элементы этого корабля препроводили в Главное управление кораблестроения (ГУК) для возможного зака-за в Италии. Однако ГУК расценил это как требование МГШ к проектированию малого крейсера и направил ТТЭ ряду отечественных заводов, приступивших на их основании к разработке собственных проектов (таблица). На рассмот-рение проектов сначала в ГУК, потом в МГШ ушло еще около трех месяцев, поэтому в сентябре, так и не выбрав ни один из представленных вариантов, Морской генеральный штаб предложил отказаться от дальнейшей разработки и приобрести за границей уже готовый крейсер с турбинной установкой, остановив выбор на итальянском "Марсала". В случае неудачи переговоров МГШ даже склонялся к мысли отказаться от идеи сочетания в одном корабле учебного судна и боевого крейсера; пред-лагалось строить специальные суда для обучения машинной команды по типу "Океана" или крейсеры-заградители для Тихого океана.
Отпустив соответствующие кредиты, Государственная Дума потребовала их реализации и с согласия Совета министров ГУК обратился к фирмам "Ансальдо", "Шихау" и "Вулкан" с предложением принять участие в конкурсе на проект малого крейсера. Представи-тели МГШ к рассмотрению поступивших чертежей не привлекались, и мне-ние штаба никто не спрашивал. Отдав предпочтение "Шихау" (Германия), ГУК объяснил свой выбор относительно низ-кой стоимостью кораблей, что давало экономию 1 млн. 124 тыс. руб. (эта сумма могла бы пойти на покрытие перерасхода по броненосным крейсерам), а также более сжатыми сроками постройки-благодаря готовому проек-ту. Проект "Шихау" представлял собой не что иное, как уже достаточно устаревший крейсер типа "Кольберг"; это сразу же вызвало массу нареканий. Кроме того, сама идея размещения многомиллионного заказа за границей вызвала целый ряд возражений со стороны гражданских ведомств. Слишком свежо было в памяти и заявление Морского министра на одном из междуведомственных совещаний о том, что все корабли малой судостроительной программы будут строиться в России. Даже с политической точки зрения размещение заказа в Германии осенью 1912 г. многим представлялось малоцелесообразным. Тем не менее. Совету министров пришлось согласиться на заказ двух малых крейсеров в Германии. Только при таком условии Мюльграбенская верфь в Риге, создававшаяся при технической помощи фирмы "Шихау", принимала заказ на девять миноносцев - "новиков" по пониженной против затребованной русскими заводами цене (1 млн. 50 тыс. руб. за миноносец) с гарантированной на 1 уз большей скоростью. Это вынуждало и отечественные предприятия снизить первоначально заявленные цены (с 2,5 до 2 млн. руб. за корабль). Рассмотрев в начале октября 1912 г. проект "Шихау", МГШ пришел к выводу, что углы обстрела орудий выбраны неудачно, часть артпогребов расположена выше ватерлинии, подача снарядов затруднена, запасы топлива размещены нерационально; отмечалось также, что водоизмещение и главные размерения проектируемого корабля "весьма значительны сравнительно с предложенными русскими заводами...". Одновременно МГШ предложил отка-заться от котлов с угольным отоплением, оставив лишь нефтяное. Однако Морской министр запретил подобные изменения из-за трудности доставки нефти на Дальний Восток, где предстояло служить этим крейсерам. 8 ноября откорректированный фирмой "Шихау" проект подвергся жесткой критике на заседании Технического совета. Выяснилось, что практически ни одно из поставленных МГШ условий не выполнено. Тем не менее, 4 декабря 1912 г. начальник отдела общих дел ГУК генерал-майор Н. М. Сергеев заключил с фирмой контракт на постройку двух крейсеров водоизмещением около 4300 т и стоимостью 3500 тыс. руб. каждый без вооружения и снабжения. Согласно контракту первый крейсер фирма обязалась предъявить к испытаниям не позднее 15 июля, второй к 15 октября 1914 г. В январе следующего года поступили на отзыв чертежи и спецификации крейсеров, получивших названия "Муравьев-Амурский" и "Невельской". Теоретическая длина кораблей по ватерлинии составляла 134,4, между перпендикулярами-128, наибольшая ширина по шпангоутам - 13,6 м; превышение осадки "в нормальном грузу" (5,08 м) даже на 0,05 м грозило фирме штрафом, штрафовались также отклонения в ту или другую сторону на 0,05 м от спецификационного значения метацентрической высоты (0,8-1,2 м). Корпус (шпация 1000 мм) формировался из стали, удовлетворявшей требованиям русского Морского министерства; толщина листов обшивки килевого пояса составляла 16-23, ширстрека 10-20, поясьев наружной обшивки 9-18 мм (на полубаке 8). Броневая 20-мм палуба (на скосах 40 мм) прикрывала все жизненно важные части; начиная со 107 шп., она опускалась на 1100 мм ниже ватерлинии и утоньшалась до 15 мм, а над рулевой машиной ее толщина увеличивалась до 80 мм, также как на траверзах; боевая рубка прикрывалась 75-мм, а крыша - 50-мм броневыми плитами. 
В состав вооружения, поставлявшегося заказчиком, входили восемь 130-, четыре 63-мм орудия и четыре пулемета. Для защиты прислуги орудии главного калибра от осколков предусматривались броневые щиты толщиной 25 мм;
той же толщины броневые листы прикрывали элеваторы. В дополнительном контракте по артиллерии специально оговаривалось снабжение элеваторов электрическими и ручными приводами (скорость подачи соответственно 15 снарядов и зарядов в минуту и "вполовину менее"). Вместимость артпогребов определялась из расчета 175 снарядов и зарядов на одно 130- и 220 патронов на 63-мм орудие (на один пулемет 15000 выстрелов). Вес погреба снабжа-лись аэрорефрижерацией, их затопление. предусматривалось от пожарной маги-страли или через кингстоны. Вес артил-лерийского вооружения согласно расчетам не превышал 238 т. На кораблях имелись рельсы и скаты для приема и постановки 150 мин заграждения. Морское министерство обязывалось поставить аппаратуру для "беспроволочного радиотелеграфирования".
На каждом крейсере предполагалось установить по два главных турбо-генератора мощностью по 100 кВт и одному вспомогательному дизель - генератору (50 кВт). Рассчитывалось, что двухвальная энергетическая установка (28000 л. с.) обеспечит не менее 27,5 уз, в противном случае Морское министерство сохраняло за собой право отказаться от крейсеров, потребовав возмещения платежей с начислением трехпро-центных годовых. Десять паровых кот-лов суммарной нагревательной поверх-ностью 4880 м2 размещались в пяти ко-тельных отделениях: в трех носовых - по два угольного или смешанного (уголь и нефть) отопления, в двух кор-мовых - по столько же двухсторонних нефтяных со всеми вспомогательными механизмами. Чтобы достичь проектной скорости, требовалось сжигание 4,5 кг нефти на 1 м2 поверхности нагрева в час (котлы нефтяного типа) и 240 кг угля "или эквивалентного количества смешанного топлива" на 1 м2 колоснико-вой решетки для смешанного отопления. При работе четырех котлов смешанного отопления дальность плавания при скорости 14 уз должна была составить не менее 2500 миль или 165 ходовых часов с запасом топлива 80 т. Нормаль-ный запас (250 т угля и 80 т нефти) должен был позволить в течение 12 ч поддерживать наибольший ход 27,5 уз, а полный (550 т угля и 775 м3 нефти)- идти со скоростью 25 уз 60 ч, что соответствовало дальности 1500 миль.
Наибольший район плавания (5000 миль) предполагался при экономическом ходе 14 уз.
Главная энергетическая установка, которую расположили в четырех водонепроницаемых отделениях, состояла из двух турбинных агрегатов, каждый из которых должен был работать на свой гребной вал и включал в себя турбины высокого и низкого давления, а также турбину заднего хода, конструктивно выполненную в одном корпусе с ТНД; ТВД занимали носовые турбинные отделения, ТНД с конденсаторами и циркуляционными насосами - кормовые. Суммарная мощность двух турбин заднего хода определялась в 10 тыс.л.с. (270 об/мин), переднего - около 28 тыс. (345). Все вспомогательные механизмы рассчитывались на давление пара 18 ат, причем в спецификации специально ого-варивалось, что запас мощности должен составлять 20% от номинальной, то есть мощности, "которую должен развить механизм при полном 27,5-узловом ходе"; для приема нефти предназначались два насоса производительностью 50 т/ч каждый. Водоотливные средства: пять трюмнопожарных насосов по 35, один - 100 т/ч, девять центробежных насосов, производительность каждого из которых не оговаривалась (считалось достаточным, если они смогут откачи-вать 200 м3 воды в час). Фирма "Шихау" обязалась "держать в сохранности и секрете те предметы и чертежи", которые получит от русского Морского министерства. Срок рассмотрения рабочей документации ГУК. определил "не более 14 дней" со дня получения; оговаривалось, что в противном случае время постройки может быть продлено. 
В процессе рассмотрения проектной документации специалисты артиллерийского отдела высказали опасения по поводу 'близкого расположения артиллерийских погребов к котельному отделению, которое, по опыту эксплуатации эскадренного миноносца "Новик", имело повышенную пожароопасность. Однако представитель германской фирмы отклонил это замечание, заявив, что если бояться пожаров, то не надо устраивать нефтяное отопление. Столь само-уверенный тон показал, насколько не-цы уверовали в получение заказа. Технический совет, завершив наконец 6 февраля 1913 г. работу, только с большой натяжкой признал проектную документацию удовлетворительной. Стремясь сбить цены на постройку "новиков", Морское министерство пошло все-таки навстречу заводу "Шихау".
Неприятности начались сразу же. Длительный срок согласования технической документации, пересылка из Германии в Россию и обратно дали повод главе фирмы обратиться в Морское министерство со следующим предупрежде-нием: постройка крейсеров может значительно задержаться, так как до согласования чертежей нет возможности размещать заказы на материалы и оборудование. Впоследствии картина повторилась - пересылка рабочей документации в Петербург, длительные сроки ее рассмотрения, большое количество различных изменений, уточнений, переработок заметно сказались на ходе постройки. Лишь к концу июля на "Муравьеве-Амурском" закончили установку шпангоутов и стрингеров, поставили первый пояс наружной обшивки, затем дело приостановилось в ожидании доставки штевней. На втором крейсере установили только горизонтальный и вертикальный кили, приступили к монтажу шпангоутов. Торжественная закладка, намеченная на август, состоялась 10 сентября 1913 г. В ходе постройки корпусов неоднократно поднимался вопрос о необходимости боковых килей, но он всякий раз отклонялся фирмой по тем предлогом, что не имевший их крейсер "Новик" (также постройки фирмы "Шихау"), тем не менее, обладал хорошими мореходными качествами. Морскому министерству пришлось пойти на компромисс: "если практика плаваний укажет на необходимость боковых килей", то установить их в процессе эксплуатации крейсеров па "специальные кредиты". Между тем, дело двигалось крайне медленно, и наблюдавший за постройкой корабельный инженер капитан Ф. А. Гиршберг по-стоянно докладывал, что, при большом объеме работ, мастеровых на заводе явно недостаточно. К концу 1913 г. готовность "Муравьева-Амурского" составляла 31,2, а "Невельского"-всего 13,8%.
Несмотря на все заверения "Шихау", Морское министерство в феврале следующего года серьезно обеспокоилось грозившей задержкой. "Именно скорейшее получение флотом крейсеров, - считал начальник ГУК, - и слжило одной из главных причин передачи заказа за границу". Наконец, 29 марта "Муравьев-Амурский" сошел на воду, имея спусковой вес 1500 т; спуск второго корабля (6 февраля переименованного в "Адмирал Невельской") ожидался не ранее июля. На "Муравьеве-Амурском" к началу мая закончили погрузку шести котлов, остальные четыре еще только прибыли в Данцинг. Гидравлическая проба турбин левого борта ожидалась, в Эльбинге через неделю, работы по вспомогательным механизмам шли крайне медленно. Испытания турбодинамо - машины сорвались из-за неопределенности условии приемки. К тому же выяснилось, что спецификацией не предусматривался главный путевой (носовой) компас; в результате пришлось бы перепланировать весь верхний мостик, заменив судостроительную сталь маломагнитной, что грозило еще большей задержкой. Однако командир "Муравьева-Амурского" капитан 2 ран-га А. А. Щетинин предложил все оставить на своих местах, а переустройством заняться уже в России. Там же решили устанавливать и элеваторы для орудий, заказанные заводу Лесснера, срок готовности которых ожидался не ранее 1915 г.
Вскоре постройка ускорилась; к началу июля 1914 г. завод работал уже круглосуточно, но зато участились случаи брака. По донесению Щетинина, "завод, преследуя исключительную быстроту постройки, предъявлял изделия без достаточного контроля со своей стороны, надеясь только на шестимесячную гарантию". Дело дошло до того, что наблюдающему пришлось обратиться в Морское министерство с предложе-нием временно приостановить постройку, добиться прекращения ночных ра-бот, упорядочить приемку материалов и оборудования. К тому времени на "Муравьсве-Амурском" заканчивался монтаж мостиков и надстроек, близились к окончанию работы по ряду внутренних помещений, все было готово для погрузки турбин. На "Адмирале Не-вельском" установили штевни, закончили днищевой набор, установили по шесть поясьев, броневую и верхнюю палубы и настил полубака, параллельно шла сборка полозьев спускового устройства. Этим кораблям так и не суждено было войти в состав русского флота. 19 июля 1914 г. Германия объявила войну России, и вскоре всю Европу охватил пожар первой мировой войны. Переименовав "Муравьев-Амурский" в "Пиллау", а "Адмирал Невельской" в "Эльбинг", немцы вооружили каждый из них восемью 150-мм орудиями; первый вошел в строй в декабре 1914 г., второй - в сентябре следующего. В ходе Ютландского сражения 19 мая 1916 г. "Эльбинг" столкнулся с линейным кораблем "Позен" и погиб, "Пиллау" в июле 1920 г. передали Италии, где его переименовали в "Бари". В сентябре 1943 г. его потопила в Ливорно американская авиация. Вот так распорядилась судьба строившимися для России малыми крейсерами. |